Порочная вертикальПутин признал наличие "системной коррупции", но реального решения проблемы у него нет31 января 2012 Третья по счету "авторская" статья Владимира Путина под названием "Нам нужна новая экономика" оставляет впечатление такого же странного интеллектуального продукта, как и предыдущие предвыборные публикации. С одной стороны, Путин критически оценивает ситуацию, которая сложилась за годы его правления, с другой – старается доказать, что проводимый им экономический курс был единственно верным.
Это главное противоречие, которое характерно именно для нашего "национального лидера", не желающего или не находящего в себе сил публично признавать свои ошибки, привело к результату, которого сам он, видимо, не ожидал: многие эксперты весьма скептически оценили очередной фундаментальный труд премьера. "Если Путин так все понимает, то почему не делает до сих пор? И что принципиально нового он может предложить, чтобы переломить ситуацию?" – вопрошает, например, известный экономист Евсей Гурвич. По его мнению, некоторые новшества в статье предлагаются, но они никак не соответствуют сложности проблем.
А газету "Ведомости", предоставившую свои страницы кандидату в президенты от партии власти, особенно возмутил тон статьи – "отстраненный, как будто она написана референтом для начальника". Журналисты подсчитали, что в тексте Путина слово "должны" употребляется 32 раза, "будет" – 19 раз, "надо" – 17 раз. "Кто это "должен"? И что он (Путин) делал все предшествующие годы?", – спрашивают "Ведомости" в своей редакционной статье.
На самом деле, отмечают эксперты, мы имеем дело с материалом, который писали люди, придерживающиеся диаметрально противоположных взглядов на экономику. Получилась программная эклектика, состоящая из мыслей "государственников", либералов и социалистов. Настоящего, системного подхода с перечислением конкретных мер и инструментов для решения проблем эта статья не предлагает, да и задачи такой перед ее авторами не ставилось. Единственная цель – обозначить тему и поговорить о ней в предвыборном формате.
Как правило, такой формат предусматривает трезвую оценку ситуации, обозначение новых угроз и вызовов и четкий ответ, что и когда надо делать. Оценка, предложенная Путиным, довольно объективна: Россия сильнее других стран интегрирована в мировую экономику, но не конкурентоспособна. Нам нужна высокотехнологичная промышленность, современная инфраструктура, развитая сфера услуг и эффективное сельское хозяйство.
Для возвращения технологического лидерства государство выбирало приоритеты и создавало крупные корпорации и вертикально интегрированные холдинги. Большинство из них, по словам Путина, не стали ни конкурентоспособными, ни высококапитализированными, ни даже устойчиво прибыльными. Но нет худа без добра: теперь госкапитализм стране не грозит – по каждой компании есть план ее вывода на рынок. Государство будет поддерживать крупные инфраструктурные проекты, но придется резко повысить эффективность расходов, чтобы "строить не дороже, чем наши соседи". Для этого правительство готово проводить международные конкурсы и привлекать зарубежные компании.
Основная проблема – где взять деньги. "Мы проигрываем странам-конкурентам по инвестиционной привлекательности, мы имеем значительный отток капитала из России", – признает премьер. (Кстати, в прошлом году был побит своеобразный рекорд: по данным Центробанка, чистый отток капитала составил 85 млрд. долларов). Путин объяснил, почему деньги бегут из страны, а сама она не привлекает зарубежных инвесторов: "Главная проблема – недостаток прозрачности и подконтрольности обществу в работе представителей государства, от таможенных и налоговых служб до судебной и правоохранительной системы. Если называть вещи своими именами, речь идет о системной коррупции".
Премьер отметил, что по инициативе Медведева был начат целый ряд реформ, направленных на улучшение делового климата в стране, "но заметных сдвигов пока не произошло". Теперь за решение этой задачи, видимо, примется он сам (раньше почему-то руки не доходили). Меры, которые он предлагает, Путин очертил глобально, как не раз уже заявлялось с высоких властных трибун: надо "изменить само государство, исполнительную и судебную власть в России", "демонтировать обвинительную связку правоохранительных, следственных, прокурорских и судейских органов", "исключить из уголовного законодательства все рудименты советского правосознания, все зацепки, которые позволяют делать из хозяйственного спора уголовное дело на одного из участников".
Единственное его конкретное предложение по этой теме состоит в том, что все экономические дела должны перейти из судов общей юрисдикции в арбитражные суды. Он провозгласил тезис о том, что новая стратегия государства должна основываться на "презумпции добросовестности бизнеса" (возможно, здесь прозвучал намек на скорое освобождение Ходорковского) и привел в пример Казахстан, который по оценкам Всемирного банка, занимает 47-е место по созданию условий для бизнеса, а Россия – 120-е. Путин поставил задачу: за несколько лет "приблизиться к лучшим показателям сопоставимых с нами стран".
Премьер ничего не сказал о том, как бороться с силовиками и чиновниками, которые делают свой бизнес на власти. Зато, говоря о жестком контроле за эффективностью госрасходов, он заявил о "ликвидации откатов при использовании государственных денег как на федеральном, так и на региональном уровнях". По его прикидкам, это позволит сэкономить, как минимум 5 %, а возможно, и 10 % бюджета – от 1 до 2 % ВВП ежегодно. Безусловно, это прогресс, однако такая постановка вопроса вызывает подозрение, что "откаты" были практически узаконенной статьей доходов чиновников, современной формой их государственного "кормления". То есть, именно коррупция является основой бюрократической системы государства, она – суть той самой вертикали власти, которую выстроил Путин.
Не исключено, что это такой вариант первоначального накопления капитала, без которого невозможно дальнейшее развитие капитализма. Теперь, когда многие "государевы люди" кое-что накопили, кандидат в президенты обещает приватизацию ключевых активов, которая носит "не фискальный, а структурный характер" (чтобы повысить уровень конкуренции и расчистить поле для частной инициативы), но при этом оговаривается, что продавать по дешевке – глупо, так ни один хозяин не поступает.
Довольно неожиданным для партии власти должно стать предложение премьера ввести уже со следующего года налог на богатство, на престижное потребление. Дело в том, что законопроект о "налоге на роскошь" несколько лет назад внесла в Госдуму фракция "Справедливой России", но "Единая Россия" его гневно отвергла и заклеймила "эсеров" позором, доказывая, что такой налог невозможно администрировать. Любопытно теперь посмотреть, как будут реагировать единороссы на предложение Путина – назовут ли они его популистом? И как они воспримут другое заимствование из программы "эсеров", озвученное их кандидатом в президенты – о наведении порядка в оффшорах?
Однако какие бы задачи не ставил Путин, какие бы меры он не анонсировал, главным для него, судя по этой статье, было и остается четкое отделение политики от экономики. Премьер не признает того очевидного факта, что экономическая конкуренция, свобода предпринимательства и эффективная борьба с коррупцией возможна только при условии реальной конкуренции политических партий, обеспечения гражданских свобод, независимости СМИ и судебной системы. Так что особых надежд на создание "новой экономики" питать не стоит. При президенте Путине лицо российского капитализма рискует остаться "нечеловеческим", даже если в течение нескольких лет Россия будет догонять Казахстан.
Ключи: но реального решения проблемы у него нет |
При президенте Путине лицо российского капитализма рискует остаться "нечеловеческим"