Праздничная невнятность03 ноября 2009 "А в знак того доброго начинания и нового столетнего века в царствующем граде Москве после должного благодарения к Богу и молебного пения в церкви, и кому случится и в доме своем, по большим и проезжим знатным улицам, знатным людям и у домов нарочитых духовного и мирского чина перед воротами учинить некоторые украшения из древ и ветвей сосновых, елевых и можжевелевых – по образцам, каковы сделаны на Гостином дворе и у нижней Аптеки, или кому как удобнее и пристойнее, смотря по месту и воротам, учинить возможно. А людям скудным каждому хоть по деревцу или ветке над воротами или над хороминой своей поставить. И чтоб то поспело ныне будущего января к 1 числу сего года, а стоять тому украшению января по седьмой день того ж 1700 года.
Да января ж в 1 день, в знак веселия, друг друга поздравляя с Новым годом и столетним веком, учинить сие: когда на большой Красной площади огненные потехи зажгут и стрельба будет – то по всем знатным дворам боярам, и окольничим, и думным, и ближним, и знатным людям палатного, воинского и купецкого чина знаменитым людям каждому на своем дворе из небольших пушечек, если у кого есть, и из нескольких мушкетов или иного мелкого ружья учинить трижды стрельбу и выпустить несколько ракет, сколько у кого случится.
И по улицам большим, где пространство есть, января с 1 по 7 число по ночам огни зажигать из дров, или хвороста, или соломы. А где мелкие дворы – собравшись по пять или шесть дворов такой огонь класть или, кто захочет, на столбиках поставить по одной, или по две, или по три смоляные и худые бочки, и наполняя соломой или хворостом зажигать. А перед Бурмистерской ратушей стрельбе и таким огням и украшению по их смотрению быть же".
Вряд ли в России найдется более известный самым широким массам законодательный акт. Ни одна конституция или закон не смогут в этом сравниться с процитированными строчками. Почти любой россиянин, вне зависимости от образования и социального статуса, сможет рассказать, кто и зачем издал этот указ, какое влияние он оказал на историю страны и насколько сильно продолжает влиять на жизнь каждого из нас. Впечатляющий эффект. Особенно учитывая, что данному документу уже более трех столетий.
Петровский указ "О праздновании Нового года" невольно приходит на ум, когда страна упирается в очередной "красный день календаря", особенно в один из "новых" праздников. Можно до хрипоты спорить о достоинствах и недостатках современного российского государственного устройства, о степени жесткости или демократичности политического режима, о коррумпированности или патриотизме власть имущих, но трудно не согласиться с тем, что с праздниками в современной России дела обстоят не лучшим образом. А если говорить совершенно откровенно, то дела обстоят катастрофически. За почти двадцать лет после крушения СССР Российская Федерация так и не создала собственных праздников. Мы по-прежнему варимся в "бульоне" советских и возрожденных дореволюционных праздников. Но новый (а точнее – уже не очень новый) политический строй так и не смог предложить ни одного свежего повода для общенационального празднования.
"Умер" в качестве выходного День конституции. День России продолжает тихо влачить свое существование, но, как и пятнадцать лет назад, лишь немногие россияне держат в памяти дату и название праздника, по большей части ограничиваясь смутным воспоминанием, что где-то в начале лета вроде как есть дополнительный выходной. Но особенно сложная ситуация с Днем народного единства.
Традиция большого праздника в начале ноября глубоко вросла в наше общество. В советский период День революции – важнейший государственный праздник – как нельзя кстати заменил для большинства граждан страны столь чтимое православными празднование 4 ноября Казанской иконы Божьей матери. В 2005 году вновь вернулись к 4 ноября, политкорректно заменив для светского государства (и многоконфессионального общества) название и слегка переформулировав повод – вместо "в память избавления Москвы и России от поляков в 1612 году" появился "день освобождения от польско-литовских и шведских оккупантов". Но за прошедшие пять лет праздник так и не избавился от клейма мертворожденности, как и его собратья.
Картина достаточно печальная, и что еще важнее – тревожная. Всякие знаковые вещи, вроде государственной символики и праздников, являются важнейшими реперными точками, фиксирующими, как ни громко это прозвучит, жизнеспособность любого режима, его шансы на выживание в кризисных ситуациях. Они являются символами того самого народного единства, которое нам предлагается отмечать 4 ноября, знаком целостности нации, ее способности и готовности мобилизоваться перед лицом угрозы. И если госсимволы – в первую очередь, флаг и гимн – за последние годы неплохо укрепились в общественном сознании (главный вклад в это, безусловно, внесли успехи российских спортсменов в последние годы), то с праздниками воз и ныне там.
От этого можно было бы отмахнуться как от незначительной проблемы, но ее очень легко недооценить. Главный архитектор Третьего Рейха Альберт Шпеер был в чем-то фундаментально прав в своей "теории исторической ценности руин". Когда ничего не остается, когда все обращается в прах, рудименты прошлого продолжают жить, своим обаянием порождая мифы и по-прежнему (а то и сильнее, чем раньше) овладевая умами людей. Праздники прошлых эпох тоже являются такими "руинами", не меньшими, нежели грандиозные строения или памятники.
Как часто можно услышать претензии в адрес российского общества, которое по прошествии почти двух десятилетий все никак не может избавиться от "проклятого советского прошлого". Более того, в новых поколениях, не заставших СССР, не умирает, а наоборот только растет очарованность той эпохой и той страной. А как может быть иначе, если даже наши главные праздники по-прежнему оттуда? Причем, нередко сохраняя свою общественно-политическую значимость, они имеют очень личное значение для большинства из нас.
Власть, особенно, если она начала отсчет нового политического строя в стране, и если хочет сохранить и упрочить себя, должна предложить обществу собственные поводы для радости, гордости и празднования. Изначально эти поводы могут быть ничтожными (как известно, славная победа Красной Армии под Нарвой и Псковом 23 февраля 1918 года – не более чем миф). Однако четкими должны быть цели власти, создающей праздник, а также рамки и правила, которые задаются для каждого из праздников. Кроме того, безоговорочной должна быть готовность государства нести регулярные затраты на вовлечение в праздник самых широких слоев населения, на его укоренение в общественном сознании и даже бессознательном.
И все это для того, чтобы по прошествии нескольких десятилетий люди сами помнили дату и отмечали ее – вне зависимости от внешних обстоятельств и политических реалий.
А пока, как и в прошлом году, в начале ноября Россия зависает в безвоздушном пространстве, где эпизодически мелькают маскарады в тыквенных декорациях, немногочисленный "Русский марш" в плотном кольце ОМОНа, да невнятные плакаты в витринах магазинов.
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции Ключи: праздник |
Ирина АЛКСНИС
Традиция большого праздника в начале ноября глубоко вросла в наше общество